Послесловие

Вскоре в офисе Пабло и Клаудии начался обыск. Следственная бригада искала "экстремистские материалы". В первую очередь следователь изъял жесткие диски. Прошло несколько дней. Клаудию вызвали на допрос.

Следователь: Послушайте, давайте начистоту. Мы знаем, что вы располагаете информацией о лицах, подозреваемых в экстремистской деятельности. Отпираться бессмысленно. Наши технические специалисты обнаружили на жестком диске вашего компьютера зашифрованные данные. Вот лист бумаги, напишите пароль.

Клаудиа: Уверяю вас, мы не имеем никаких экстремистских данных.

Следователь: Это уж нам судить. Давайте пароль.

Клаудиа: Если я дам вам пароль, вы оставите в покое нашу организацию?

Следователь: Смотря какую информацию мы обнаружим. Так что вы предпочитаете: пароль или обвинение в противодействии следствию?

Клаудиа: Ну ладно, ладно! Вот. (Пишет).

Следователь: Благоразумно с вашей стороны. Лейтенант, посмотрите, что они прячут внутри шифрованного файла, который вы обнаружили. Что там? Фотографии? Документы? Ага!

Довольный следователь уходит "с добычей". Три дня посвящены внимательному изучению содержимого шифровки. Оказывается, что фотографии принадлежат семейному фотоальбому Пабло (Пабло с женой, Пабло с детьми, Пабло на море, Пабло в саду и т.д.). Документы тоже не представляют большого интереса. Вся информация, которую они содержат, общеизвестна и никак не тянет на "экстремистские материалы". Ни одной фамилии, ни одного адреса!

Следователю и в голову не пришло, что списки участников мирных собраний в защиту гражданских свобод, которых он хотел упечь в тюрьму как "экстремистов", находились у него в руках. Они были спрятаны в "секретном отделении" Truecrypt, о котором знали только Пабло и Клаудиа. Но как обвинишь человека в сокрытии того, что нельзя даже увидеть? А поскольку аккуратная Клаудиа накануне сделала резервную копию этого файла (в числе прочих), работа правозащитников продолжилась без потерь.